Ужасы и мистика

Короткая форма в хорроре устроена жёстче романа: у автора нет полутора часов на разгон, атмосферу надо создать за пять минут и удержать до конца. «Лаз в углу двора» — рассказ на сорок восемь минут, и он с этой задачей справляется. Рассказ от первого лица Повествование построено как исповедь: взрослый человек рассказывает близкому товарищу о том, что было с ним в детстве. Приём старый, но работает безотказно — мы слушаем не «страшную историю», а признание, которое рассказчику самому даётся

Атеева часто называют одним из немногих русских авторов, у которых мистика растёт из места, а не из головы. «Город теней» — хороший пример: половина книги держится на том, что под обычным советским городом лежит слой чужой и очень старой жизни. Дневник, клад и город Светлый Жора Лесков — успешный историк и оценщик антиквариата, а по совместительству кладоискатель-любитель. В руки ему попадают древние документы и тетрадь: дневник девушки по имени Бланка. Из бумаг складывается адрес — город

Есть отдельный сорт историй: городской человек уезжает в глушь за тишиной и находит там что угодно, только не её. «Деревня Тихое» из этих, но с поправкой — здесь над героем и над жанром всё время немного посмеиваются. Наследство с довеском Костик устал от рутины, скандалов и вечной беготни, а тут кстати подвернулось наследство: дедов дом в деревне. Он переезжает, рассчитывая на огород, тишину и никаких новостей. Дом достаётся ему целиком — вместе с дедовыми делами, которые дед при жизни никому

Деревенский хоррор — жанр, в котором русскому автору сложно провалиться и ещё сложнее сделать что-то по-настоящему хорошее. Обстановка работает сама: покосившиеся дома, лес за околицей, до райцентра сорок километров по грунтовке. «Каменка» из тех книг, где эта декорация не просто фон. Участковый и его квартирант Геннадий получает назначение в деревню, каких в стране тысячи: пара улиц, магазин, кладбище на пригорке. Он рассчитывает на скучную службу, где самое громкое происшествие за месяц —