Два часа в мире, который Моран Джурич выстраивает уже не первую книгу: деревня Тихое, где название работает как насмешка над её обитателями. Деревня с обманчивым названием Тихой эту деревню не назовёшь. Здесь регулярно происходят вещи, не поддающиеся объяснению обычного человека, и местные к этому давно привыкли — настолько, что перестали удивляться и просто выучили правила. Население соответствующее: языческие боги, неведомые твари и духи. Автор собрал здесь практически весь древнерусский
Четвёртая часть цикла про Коленьку, в которой рассказчик уже освоился в новом качестве и история из бытовой мистики превращается в что-то более крупное. Кто здесь кто Напомним расклад для тех, кто подключается не с начала. Рассказчику досталась ведьмина сила — при обстоятельствах, о которых подробно говорится в первых частях. Соответственно, он стал ведьмаком, и перед ним открылся новый мир, полный тайн и опасностей. Коленька, чьим именем назван весь цикл, — не главный герой, а его друг и
Городской хоррор в коммуналке — жанр почти домашний, и работает он на узнавании: запахи в общем коридоре, ссоры из-за чужой обуви, соседка, которая всё про всех знает. Запах в коридоре Рассказчик переезжает в северную столицу и селится в коммуналке. Жизнь меняется, но в пределах ожидаемого: работа, вечера дома, мелкие стычки с соседями. Одна из них жалуется на неприятную вонь в коридоре и уверена, что виноваты его кроссовки. Кроссовки оказываются ни при чём. Источник запаха — Баба Нина и её
Рассказ строится на вопросе, который взрослые себе редко задают: чем может обернуться сказка, прочитанная ребёнку на ночь. Обычно — фантазиями о волшебстве и сказочных героях. Здесь — не обычно. Горка с нехорошим названием Герой выходит гулять с друзьями на горку, которую местные зовут «задницей великана». Название смешное, отношение к месту соответствующее: дети катаются здесь годами, и ничего страшного за это время не случалось. Случается в этот раз. Джурич выстраивает переход от обычного
Двадцать восемь минут, один герой, одна деревня — и при этом рассказ успевает построить целый уклад, в котором язычество не экзотика, а нормальный порядок вещей. Велис из Власовского Деревня Власовское стоит в Архангельской области, и живёт в ней человек, каких в русской прозе обычно рисуют либо блаженным, либо злодеем. Велис — последователь славянского пантеона: огромный, будто богатырь, с татуировками в виде вязи, длинными светло-русыми волосами и аккуратно подстриженной бородой. Занимается
Есть отдельный сорт историй: городской человек уезжает в глушь за тишиной и находит там что угодно, только не её. «Деревня Тихое» из этих, но с поправкой — здесь над героем и над жанром всё время немного посмеиваются. Наследство с довеском Костик устал от рутины, скандалов и вечной беготни, а тут кстати подвернулось наследство: дедов дом в деревне. Он переезжает, рассчитывая на огород, тишину и никаких новостей. Дом достаётся ему целиком — вместе с дедовыми делами, которые дед при жизни никому
Моран Джурич пишет мистику, опираясь не на западную готику, а на славянский фольклор: обряды, запреты, существа, которые живут рядом с человеком и требуют соблюдения правил.
Отсюда особая логика его историй. Беда здесь приходит не случайно, а потому, что кто-то сделал не так: нарушил порядок, взял чужое, пошёл туда, куда ходить не следовало. Это заметно страшнее произвольного зла.
Его тексты разошлись по нескольким чтецам — часть записал АБАДДОН, часть Андрей Смскин, часть Паша Тайга. Сравнить манеры на одном авторе довольно любопытно.