Инженер Петра Великого 12

Двенадцатая часть цикла «Инженер Петра Великого» Виктора Гросова в озвучке Андрея Морозова продолжает историю попаданца в альтернативной России. Только на этот раз главный герой цикла остаётся за кадром: весной 1708 года Государь вместе со всем посольством пропадает где-то между Версалем и швейцарской границей, и судьбу Империи приходится решать другим.

Малый кабинет: весна 1708 года и тишина из Парижа

Действие открывается в Петербурге, в Малом кабинете дворца, где воздух густо пропитан табачным дымом, а длинный стол завален картами. Во главе, в массивном отцовском кресле, сидит Алексей — от прежнего сутулого и напуганного юноши не осталось и следа: прямая спина, собранная фигура, цепкий взгляд правителя. Яков Брюс у карты Европы докладывает о сложившемся против России союзе, где зачинщиками выступают Вена и Лондон, а Рим служит идеологическим знаменем. На стол ложатся отпечатанные в Женеве листки с грубой карикатурой на Петра — медведем с дьявольскими рогами: враг взялся за то же оружие, что и сам Государь. Затем звучит главное: после внезапной кончины Людовика XIV союз с Францией рассыпался, новый двор настроен враждебно, а последнее донесение говорит об окружении посольства в Версале, слухах о предательстве и попытке прорваться на юг. Дальше — больше месяца молчания.

Наместник вместо мальчика и арифметика «Шквала»

Князь Голицын требует немедленно собирать армию и идти в Европу, воеводы поддерживают, зал взрывается яростью. Алексей давит в себе отцовскую кровь и спрашивает холодно: куда именно идти — в Варшаву, Берлин, Париж? Бросить армию вслепую, не зная ни расположения врага, ни места, где Государь, и позволить разбить её по частям, оставив столицу беззащитной? Его задача — сберечь Империю, а не совершать героические глупости: держать оборону, копить силы, накопить пар в котле, чтобы в нужный момент дать полный ход. Брюс со стороны понимает: мальчик умер, родился Наместник.

Вторая половина сцены — не менее жёсткая. Иван Поликарпов, ученик Магницкого, разворачивает схему промышленной системы: Игнатовское как корень, Урал с Демидовым и северо-запад как стволы. Цифры пришибают генералитет: Новгород даёт триста ружей «Шквал» в месяц, но боеприпасов хватает на три минуты боя одного полка, а Петербургский Острог выпускает одну «Катрину» в месяц. Чудо-оружие создано — обеспечить его нечем. Отличный выбор для тех, кто любит альтернативную историю с производственной, а не только батальной интригой.