Меж двух огней

Двенадцатая книга цикла «Пограничник» начинается там, где заканчивается расчёт и начинается чистый рефлекс. Погоня по каменистому склону выводит группу к подножью возвышенности с «Кабаньим клыком» — и в сумерках мелькает грязно-серая рубаха Аль-Асиха, наёмника, которого преследовали несколько бешеных минут. Бычка, размазывая по лицу пот вперемешку с кровью, уверен: далеко тот не ушёл. Но за каменными ступенями, разбитой дождями тропой с ямами-вымоинами, ждёт не одинокий беглец.

Засада у «Кабаньего клыка»: шесть стволов против троих

Меж камней у подножья невысокой скалы поднимаются душманы — шесть или семь человек с разномастным оружием: от старой винтовки до «калашникова» и древнего ППШ. Время густеет, пальцы сводит на цевье. Команд не требуется: Звяга уходит за валун, Бычка — под куст шиповника, рассказчик вжимается в вымоину у края тропы. Аль-Асиха убивают на глазах у группы, и вместе с ним рушится весь прежний план по вызволению Алима. Теперь придётся искать другой путь — прямо под свистом пуль, выбивающих из камней видимые в сумерках осколки.

Почему этот эпизод стоит слушать в озвучке Сергея Уделова

Артём Март пишет бой не как набор красивых кадров, а как работу: господствующая высота даёт преимущество, но противник превосходит числом почти в половину и, если дать ему пристреляться, прижмёт группу и закидает гранатами. Отсюда — приказ готовить гранаты, Ф-1 из подсумка, разжатые усики, смена положения, бросок в хаотично растущие валуны. Короткие очереди Звягинцева, пляшущий в руках автомат Бычки, два взрыва с промежутком в несколько секунд — ритм текста совпадает с ритмом перестрелки.

Сергей Уделов читает эту сцену сдержанно и плотно, без лишнего пафоса: паузы там, где герой меняет позицию, ускорение — там, где автомат колотит в плечо. Слушателям фантастики о попаданцах и альтернативной истории цикл нравится именно этим сочетанием — достоверная военная фактура, живые позывные и характеры, ощущение, что рядом с тобой в вымоине лежит человек, которому нужно решить задачу здесь и сейчас. Впереди — попытка вырвать Алима из рук врага, и сомнений в том, что герой пойдёт до конца, нет ни у него, ни у слушателя.