Андрей Смскин

Первая книга цикла, с которой начинается история Косточки и Акилы. Читает автор — Андрей Смскин здесь и писатель, и исполнитель, что для сетевого хоррора редкость. Ливень над городом Открывается запись сильным ливнем, накрывшим весь город. Рассказчик отмечает: самое то, чтобы смыть страшную трагедию. Жаль только, что память дождь смыть не в состоянии. Он говорит прямо, что многое отдал бы за возможность изменить ход событий, найти другой выход и предотвратить то, с чем они столкнулись. Такое

Четвёртая часть цикла про Коленьку, в которой рассказчик уже освоился в новом качестве и история из бытовой мистики превращается в что-то более крупное. Кто здесь кто Напомним расклад для тех, кто подключается не с начала. Рассказчику досталась ведьмина сила — при обстоятельствах, о которых подробно говорится в первых частях. Соответственно, он стал ведьмаком, и перед ним открылся новый мир, полный тайн и опасностей. Коленька, чьим именем назван весь цикл, — не главный герой, а его друг и

Тридцать минут, село, сгоревшее здание и двое, которые полезли туда, куда лезть не стоило. Схема известная — вопрос всегда в том, как она отработана. Пожар под Новый год Событие, с которого всё начинается, печальное и совершенно бытовое: в селе сгорела пекарня. Виноваты пьяные рабочие с соседней автостоянки — никакой мистики, обычная human error, каких по стране тысячи в год. В пекарне работала тётя Зина, пекарь от Бога, женщина, которую в селе знали все. По несчастливому стечению обстоятельств

Вторая книга цикла «Акила» и редкий для раздела случай: автор читает собственный текст. Андрей Смскин здесь и писатель, и исполнитель, и это слышно — интонация выставлена там, где задумано, а не там, где чтец угадал. С чего всё начинается Открывается книга коротким диалогом, который сразу задаёт тон: «Доктор, с моей женой всё будет хорошо?» — «Я не могу дать вам никаких гарантий..» Ни мистики, ни нечисти, обычный больничный коридор и обычный страх за близкого человека. Дальше история

Рассказ открывается прямым вопросом к слушателю: верите ли вы в мистику. Приём старый как сам жанр, но здесь он не риторический — вся история и есть развёрнутый ответ рассказчика на этот вопрос. С чего начинается недоверие Герой описывает свою прежнюю позицию честно: мир материален, осязаем и объясним, а всё остальное — выдумки. События позапрошлого лета эту позицию сломали. Теперь он уверен, что рядом с нашим миром существует другой, духовный, скрытый от глаз, но расположенный очень близко.

Городской хоррор в коммуналке — жанр почти домашний, и работает он на узнавании: запахи в общем коридоре, ссоры из-за чужой обуви, соседка, которая всё про всех знает. Запах в коридоре Рассказчик переезжает в северную столицу и селится в коммуналке. Жизнь меняется, но в пределах ожидаемого: работа, вечера дома, мелкие стычки с соседями. Одна из них жалуется на неприятную вонь в коридоре и уверена, что виноваты его кроссовки. Кроссовки оказываются ни при чём. Источник запаха — Баба Нина и её