Андрей Кравец

Третья и последняя часть трилогии — та, где автор обязан рассчитаться по всем счетам, открытым в предыдущих книгах. Куда пришла история Начиналось всё с отпуска на водохранилище и двух растерзанных тел в воде. Затем были слухи о твари, охота на неё и открытие, перевернувшее весь замысел: Химера оказалась созданием человеческого ума, а не порождением природы. Вторая книга увела Савичева от монстра к его создателю. Здесь обе линии сходятся, и заголовок не оставляет сомнений в том, чем всё

Вторая часть трилогии, в которой Синицын меняет жанр на ходу: если первая книга была историей про монстра, то эта — про того, кто монстра сделал. Что было раньше Отпуск Дмитрия Савичева на водохранилище закончился страшной находкой: в воде обнаружили тела двух девушек, растерзанных в клочья. По округе поползли слухи о твари, поедающей людей, существу дали имя Химера, и предприниматель начал на него охоту. К финалу первой книги выяснилось главное: Химера не природное явление и не потустороннее

Роман о монстре, который к финалу оказывается не тем, чем выглядел, — и в этом главный поворот книги. Отпуск, который не задался Дмитрий Савичев — успешный предприниматель и семейный человек. Отпуск он проводит с семьёй на берегу красочного водохранилища: место живописное, отдых обычный, ничего не предвещает. Настрой обрывается страшной находкой. Недалеко от места, где расположились Савичевы, в воде обнаруживают тела двух девушек, растерзанных в клочья. Слово «растерзанных» здесь важно: это не

Очередная книга об отделе, который занимается тем, за что не берутся обычные следователи, — и одна из самых крупных в цикле. Майор Цимбаларь За ним закрепилась репутация меткого стрелка, звание в своём роде исключительное. Но стрельба — далеко не главное его достоинство, и авторы это подчёркивают с иронией. Послужной список говорит сам за себя: кто ещё сумел бы успешно изгнать джинна из бывшего воина-интернационалиста? Тем более что тот давно вернулся к мирной жизни весьма своеобразного

Тырин любит сталкивать бытовое с невероятным, и здесь этот метод доведён до предела: рядовой милиционер и взрывы сверхновых в отдалённых частях галактики оказываются частями одного дела. Опер с большим стажем Главный герой служит давно, и за годы работы привык ко всему. Необычное для него — рабочая категория: случается регулярно, оформляется по инструкции, удивления не вызывает. Такая позиция для книги выигрышна вдвойне. Во-первых, она объясняет, почему он не паникует, столкнувшись с

Час двенадцать на стыке криминального детектива и хоррора, где до самого конца непонятно, в каком из двух жанров находишься. Место происшествия Картина, с которой начинается история, описана предельно конкретно. Место преступления есть. Кровь есть. Некоторые части останков тоже есть. А вот тел нет — вместо них грубо переработанный фарш. Слово «грубо» здесь ключевое. Оно означает отсутствие инструмента и метода: не разделка, не расчленение, а нечто, для чего в криминалистике нет готовой

Фантастика катастроф, где источником беды становится не война и не эпидемия, а научный эксперимент, проведённый по плану и с самыми благими намерениями. Запуск, которого долго ждали Строительство нового коллайдера сопровождалось бесконечными проблемами — техническими, финансовыми, организационными. Наконец, спустя годы, в 2016-м его должны запустить: разогнать частицы и провести первые опыты. Момент подан буднично, как производственная задача. Никакого зловещего предчувствия, никаких

Двадцать с половиной часов военной фантастики — объём, который сам по себе говорит о замысле: это не боевик, а развёрнутая модель конфликта, разобранная по родам войск и по дням. Отправная точка Автор начинает с сопоставления, задающего тон всей книге: война, голод и разруха 1941 года — не самое большое горе в отечественной истории, и впереди времена пострашнее. Причина конфликта в романе идеологическая. Весь западный мир ополчается на страну под предлогом отсутствия демократии и свобод, а

Продолжение цикла об отделе, который занимается делами, не помещающимися ни в один кодекс. Здесь эта специфика проговаривается уже прямо и становится основой сюжета, а не поводом для шуток. Милиция, у которой другая клиентура Особый отдел отличается от оперативного и всех смежных служб одним: в роли правонарушителя тут выступает нечисть. Или личности, которые изо всех сил стремятся быть на неё похожими, — и вторая категория порой опаснее первой. Из этого вырастает основной конфликт книги.

Вторая часть, в которой Брайдер доводит до конца дело, начатое в первой, и заодно окончательно объясняет, чем занимается его контора. За что берётся Особый отдел Формулировка простая: за то, за что не возьмутся обычные следователи. Мистика, сказочные твари и всё, что не описано ни одной статьёй, — не их профиль. Значит, нужны люди, у которых такой профиль есть, и работать им приходится без методичек. Это положение задаёт весь тон цикла. Сотрудники отдела не супергерои и не избранные — обычные