Фэнтези

Он прошёл сквозь Абисс — пространство настолько первобытное и враждебное, что даже высшие существа боятся само его упоминания. Он вернулся единственным, кто сумел выйти из этой бездны живым, и принёс с собой нечто большее, чем просто жизнь: власть над пульсирующей Энергией Абисса, что теперь течёт в его жилах. Цель проста и непреклонна — найти тех, кто предал его тысячелетия назад и низверг в пучину кошмара. Новое тело, чужой мир и десять тысяч лет забвения Но возвращение оказывается не

Третья книга цикла продолжает историю Александра Агапова — человека, чья прошлая жизнь была настолько выдающейся, что нынешняя выглядит издевательством. Целитель высшего ранга Тогда он умел обращаться с энергией жизни и совершал то, что окружающие считали чудесами. Потом были века в пустоте, похожие на вечное забвение, а пробуждение случилось в мире без всякой магии — и в теле обычного участкового врача, у которого хватало собственных бед. Поликлиника, коллекторы и репутация Положение Саши в

Десятый том продолжает историю, начатую жертвой, которую герой принёс тысячу лет назад, и по-прежнему держится на разнице между тем, что помнит он, и тем, во что верит нынешний мир. Конец эпохи глазами очевидца Его мир задыхался под натиском демонических легионов: города пожирались, земли выжигались, небеса были затянуты багровыми сполохами чужой магии. Крики умирающих стали привычным фоном, и стало ясно, что цивилизация не устоит. Оставалась одна ставка — пройти сквозь ряды врага, добраться до

Четвёртая книга цикла заметно мрачнее предыдущих: если раньше Мастер Грегори и его ученик разбирались с одиночными тварями, то здесь им противостоит организованная сила. Холм Пендл На этом холме веками живут три ведьминских клана, и вражда между ними долго была единственной причиной, по которой округа оставалась цела. Теперь до Грегори доходят слухи, что кланы готовы объединиться, — а это означало бы беду для всего края. Ведьмак принимает решение бить первым и отправляется на Пендл вместе с

Седьмой том эпопеи возвращает читателя к Летерийской империи — государству, которое ещё недавно казалось образцом устойчивости, а теперь разваливается изнутри. Император Тысячи Смертей На троне Рулад Сэнгар, и правление его определяет не он сам, а колдовской меч, дарующий противоестественное бессмертие. Оружие питается тёмной силой и вместе с жизнью отнимает волю: император всё больше становится орудием в чужих руках. Эриксон описывает это без пафоса — как медленный распад человека, которому не

Четвёртая книга цикла считается у многих читателей лучшей — и не потому, что здесь больше действия, а потому, что здесь Кинг впервые рассказывает о Роланде всё. Загадки Блейна Моно Роман подхватывает то, чем закончились «Бесплодные земли»: сделка с самосознающим разумом, управляющим поездом, обернулась состязанием в загадках, где ставкой были жизни героев и продолжение пути к Башне. Развязка этой линии занимает начало книги и написана с ощутимым удовольствием. Меджис, Сюзан и юный стрелок Затем

Роман давно перерос статус просто удачной книги: его разбирают, экранизируют и цитируют, а сама его идея стала общим местом разговоров о том, что происходит с верой в современном мире. Боги, приехавшие вместе с людьми Замысел прост и от этого убедителен. Переселенцы, добиравшиеся до Америки из разных стран и эпох, везли с собой не только вещи, но и своих богов. Божества прижились на новой земле, но со временем о них перестали помнить. Гейман показывает их такими, какими они стали: не

Вторая книга трилогии «Книга Пыли» — самая взрослая вещь Пулмана в этой вселенной. События отнесены на два десятилетия вперёд от того, что происходило в «Тёмных началах», и тон изменился вместе с героиней. Лире около двадцати Это уже не та девочка, которую читатель знал: за годы, прошедшие с тех пор, как младенцем её оставили на попечение Иордан-колледжа, изменилось и её положение, и её взгляд на мир. Наивности не осталось, а вместе с ней ушла и лёгкость, с которой раньше давались решения.

Девятый том возвращается к тому, с чего цикл начинался, и пересказывает предысторию от первого лица — приём, который здесь работает не как повтор, а как напоминание о цене происходящего. Мир, который разверзся Небеса раскрылись, выпустив демонические армии, и каждый рассвет приносил вести о новых павших городах. Герой был одним из последних защитников и принял решение, на которое не пошёл больше никто: закрыть Великий Портал изнутри, понимая, что обратной дороги нет. Он сделал этот шаг ради

Гейман начинает книгу с признания: любимая мифология у него менялась, но если выбирать одну, это была бы скандинавская. И объясняет, откуда взялась эта привязанность. Асгард, увиденный впервые в семь лет Знакомство состоялось не по учёным пересказам, а по комиксам: приключения громовержца в изложении художника Джека Кирби, придумывавшего сюжеты вместе со Стэном Ли, с диалогами Ларри Либера. В той версии Тор был сильным и обаятельным, Асгард — величественным и опасным городом будущего, Один